Правда, 86% московских бродяг прибыли в столицу из других регионов России и ближнего зарубежья. Так что могут ли они вернуться к нормальной жизни - это еще вопрос. Если человек приехал из Узбекистана работать на московской стройке, был обманут, избит, потерял документы, и вообще нелегал, то вернуться домой ему достаточно сложно.
 

С другой стороны, проживание где-либо без регистрации пока что - административное правонарушение. А у 35% бомжей, если верить официальной статистике, нет регистрации, а иногда и паспорта. Не нужно объяснять отдельно, что многие становятся бомжами в результате афер с их квартирами, в результате развода или тюремного срока.

Сколько людей - столько и мнений, историй, желаний, отчаянья, безрассудства. Но каждому человеку необходимы, как минимум, две вещи: что-то есть и где-то спать.

Столешников переулок, три часа дня. В самом центре города, напротив памятника Юрию Долгорукому и московской мэрии, собрались несколько сотен бездомных.

По средам и пятницам они приходят в храм Косьмы и Дамиана за бесплатной едой. Тут же стоит микроавтобус благотворительной организации, двое волонтеров раздают бездомным одежду.

Кофты, шапки, куртки-спецовки идут нарасхват так, что производителям модных брендов и не снилось. Если у машины благотворительной организации суматоха, то у дверей храма, наоборот, строгий порядок. Бездомные выстроились в очередь по трое и спокойно ждут команды заходить внутрь. В нефе длинными рядами стоят накрытые клеенками столы.

Руководитель службы кормления, прихожанин Константин, стоит в проходе и проверяет наличие у бездомных справки о санитарной обработке. Со справкой направо, без справки - налево.

Волонтеры - тоже из прихожан - разносят по столам еду. Вместе с прихожанкой.

- Мы берем замороженные продукты и из них готовим суп. Продукты нам предоставляют благотворительные организации, - говорит Татьяна, почему-то отказываясь называть благотворителей.

- Замороженные овощи, картошку, колбасу, сосиски. Рацион каждый раз разный, все зависит от того, что дадут.

Всего в дни кормления у храма собирается до пятисот человек, каждый со своей котомкой и со своей историей.

Один из организаторов кормления, автоинструктор Емельян Сосинский, снял два коттеджа в Мытищинском районе и приглашает бездомных жить там.

Называется это Дом трудолюбия "Ной". Попасть туда можно только при двух условиях: работать и не пить.

Самая большая нужда у жителей "Ноя", по словам Емельяна, в мужской одежде.

Женщины работают только по дому. А вот мужчины постоянно заняты на строительных работах, на грузоперевозках, и одежда на них "горит". Поиском работы для жителей "Ноя" занимаются руководители дома трудолюбия, их помощники (тоже бездомные) и сам Сосинский.

Что примечательно, людям, которые продержались в общине месяц без выпивки, Емельян помогает с восстановлением паспорта. Правда, некоторые после получения документа сразу уходят.

- А потом приходят обратно. Избитые, без денег, пьяные и без паспорта, - добавляет Сосинский. Вернувшийся в коммуну человек лишается на две недели мобильной связи, и месяц отдает в общий котел всю свою зарплату. Заработанные перед пьянкой деньги ему не выдаются, а идут в пользу остальных.

В каждом доме живет хоть один младенец, у одного из них папа рядом, тут же в доме.

С виду это дом - обычная современная дача. Два этажа, пять комнат ("сестринские" и "братские"), кухня, ванная комната, пара туалетов. Все с виду новенькое и чистое: полы, обои, занавески, столы, посуда. Есть два телевизора, один ноутбук и множество матрасов, которые по ночам занимают едва ли не все пространство.

С этим, однако, точно возникли бы проблемы: текучесть "кадров" в домах трудолюбия слишком большая. В храме Емельян одолжил алкотестер, и в день посещения из дома выгнали трех человек.

Бомжи могут стать "наркоманами вольной жизни". А ведь, казалось бы, вот крыша над головой, вот работа. Ан нет: выпить - и на Казанский вокзал.

 

Источник: Русская служба Би-би-си